Смычок рвал нервы – Геннадий Михлин

Смычок рвал нервы в переходе,

где люди в хмурую погоду

между вокзалом и базаром

топтали снежную шугу.

Скрипач обычной  той породы, 

кто многие познал невзгоды,

но он играл для всех и многих, 

кто с сигареткой на бегу.

Когда-то, пацаном, он слышал, 

отец-скрипач играл на крыше,

а выше этой самой крыши 

был только лунный небосвод.

Отец был беден, но не нищий, 

и клезмер музыкою дышит 

теперь и сын, но в переходе 

толпе все это невдомек. 

А где-то у другого входа 

играла флейта для народа,

она (застенчива немного)

как будто бы звала подруг.

И оказалось, что в итоге

флейтистка – ангел, недотрога,

заблудшим душам ради Бога

дарила звуки нежных губ.

Вдоль улицы многоэтажной,

тревожа душу нотой каждой

«Прощание славянки» марша, 

издалека пропел корнет.

И среди зимнего пейзажа,

на плечи граждан, будоража,

легла нелегкая поклажа –

узор старинных эполет.

Над городом века летели,

гобои, арфы и свирели,

рожок шотландский… То и дело

звучала дудка пастуха.

Со всех окраин и пределов

своеобразные напевы

слетались хором – «а капелла» 

без боли, горя и греха.

Под гул органный – форте, престо

вздохнуло все и все воскресло.

А что воскресло повсеместно,

то не объедешь стороной. 

И стало никому не тесно

в том мире, где звучал оркестр,

и дирижировал маэстро –

скрипач на крыше под луной.