После... – Геннадий Михлин

Покинул зритель зал – обитель

тревог, восторгов и начал.

Погас, но весь в жару юпитер,

он зрителям все показал.

Глаза жизнелюбивой сцены

закрылись веками кулис.

В задумчивости Мельпомена

ушла в мечту под крики «бис!»

Теперь пустынный зал не весел,

любовь увяла в зале том. 

Служители бесстрастно кресла

покрыли саваном-чехлом.

Скорбеть?

Вдруг голос прозаичный:

«Кто здесь? Эй ты, дружище, слышь?

Домой идь, там тепло, отлично...

Чего, как памятник, стоишь!»

А вечер – вечен! Воскрешает

фрагменты красочных афиш.

А ветер – весел. Убегает,

украв сомнения и тишь.

Прощай-прощай!

Все повторится.

Но знал он точно – без него.

Другими будут время, лица,

из нынешнего – ничего.

*

В том театре питерском «Мариинка»

крутила пируэт Маринка,

пленительная балеринка,

легко порхала, как пушинка,

похожа очень на снежинку.

Она, естественно, блондинка,

а он, как в классике, брюнет:

в душе пожар – в руке букет…

…умирал от слова «Нет».